Военно – патриотический портал Пензенской области к 75-летию Победы
01 Декабря 2020
Штурм ледяной крепости

Ветеран 354-й стрелковой дивизии рассказывает о малоизвестных событиях битвы под Москвой.

 5 декабря 1941 года закончился оборонительный период Московского сражения – наши войска перешли в решительное контрнаступление. В боях на Истринском направлении участвовала 354-я стрелковая дивизия под командованием полковника Д.Ф.Алексеева, сформированная в Пензенской области. Освободив Крюково и еще около десятка населенных пунктов, к исходу дня 11 декабря ее полки вышли к восточному берегу Истринского водохранилища.

 Взорванная плотина

 В довоенное время Истринский район, в котором леса занимали более половины территории, по праву считался одним из любимейших мест отдыха москвичей: множество пионерских лагерей, домов отдыха и санаториев привлекали сюда тысячи жителей столицы. Увы, война до неузнаваемости изуродовала эти живописные места, в том числе и Истринское водохранилище.

 До сих пор считалось, что его плотину подорвали немцы, однако на основе последних архивных данных выяснилось, что это не совсем так.

 На самом деле плотину взрывали дважды. Первый раз – по приказу нашего командования ее взорвали сотрудники самого гидроузла (руководил инженер Назаров). Это было частью оборонительной тактики, примененной против наступающих немецких войск: создать искусственную водную преграду. 24 ноября был взорван один из затворов водосброса на плотине, и через шлюзовую систему сошел 4-метровый уровень воды.

 Спустя примерно две недели уже сами фашисты взорвали огромную земляную дамбу (правда, не без усилий – качество строительства было отменное). На этот раз волна оказалась намного выше. Пытались немецкие саперы взорвать и башню управления – инженерное сооружение, которое позволяло подавать воду на турбины. Башню обложили взрывчаткой, но она, к счастью, устояла. (После изгнания врага плотину восстановили очень быстро, и уже весной водохранилище приняло паводковые воды).

  Искусственное половодье длилось всего несколько дней и особого вреда нашим частям не причинило, - рассказывает председатель совета ветеранов 354-й стрелковой дивизии Александр Константинович Дручков (уже, увы, единственный из ныне здравствующих воинов этого соединения), хотя при этом и пострадали несколько деревень, расположенных в низине рядом с водохранилищем. Однако мощный водяной поток взломал лед, выкорчевал по берегам немало деревьев, образовав местами сплошные завалы. А на самом водохранилище лед над ушедшей водой осел и изломался, создав настоящие торосы, глубокие разводья и ямы. Едва на противоположном берегу показывался человек, немцы моментально открывали по нему прицельный огонь.

 Словом, весь восточный берег фактически представлял сплошную ледяную крепость, штурмовать которую предстояло и без того измотанным и обескровленным в недавних боях частям 354-й дивизии.

 Сделать это можно было только с помощью подходящих погодных условий. Но, как справедливо отмечал впоследствии один из немецких генералов, «мы пришли на эту землю, не ведая, что сражаться здесь будут не только люди, но и природа».

 Истринский рубеж

 В ночь с 15 на 16 декабря повалил густой снег, под прикрытием которого бесшумно проползли по льду и просочились в тыл врага разведрота дивизии и одна из рот 1203-го полка. Местами лед проваливался, и бойцы оказывались по пояс в воде. Однако они упорно продвигались к противоположному берегу. Возглавлял штурмовую группу командир батальона полка капитан Попов.
При поддержке нашей артиллерии подразделения стремительно атаковали в ночном бою и захватили деревни Армягово и Новоселово. Попов был ранен, но не вышел из боя, пока не была занята деревня Дьяково.

 Такой наглости гитлеровцы явно не ожидали и запаниковали, полагая, что за ночь сюда переправились чуть ли не все основные силы дивизии.

 Замешательством воспользовался 1203-й полк, успешно форсировавший ледяные торосы водохранилища и с ходу завязавший бои за опорные пункты обороны противника – деревни Дьяково, Летищево и другие. В это время артиллеристы на руках переносили орудия через ледяные заторы и вскоре поддержали пехоту огнем, уничтожая дзоты и пулеметные точки.

 На следующий день немцы попытались перегруппировать свои силы и сбить 1203-й полк с занятых позиций, но было уже поздно. Потеряв свои опорные пункты и опасаясь охвата с фланга перешедших через водохранилище других частей 354-й дивизии, они вынуждены были спешно отступать.

 В политдонесении в этот день отмечалось мужество бойцов 354-й дивизии Дяткина, Ифкина, санитара Филина, политруков Шишкина Гордачева, командира третьей роты 1203-го полка Гордеева, комиссара 1199-го полка Лапшова, батальонного комиссара Митайшвили, принявшего на себя командование 1203-м полком после вышедшего из строя по ранению командира. В боевых порядках пехоты винтовкой и штыком действовал военком 1203-го полка Николай Пазаев.

 В эти дни Совинформбюро озвучило историческое сообщение:
«В последний час. Провал немецкого плана окружения и взятия Москвы. Поражение немецких войск на подступах к Москве».
«Клянемся беспощадно мстить!»
«Немцы в спешном порядке начали отступление, при этом они оставляли за собой фактически выжженную землю, - продолжает рассказ А. К. Дручков, - минировали дороги, сжигали села и деревни, расстреливали и грабили мирных жителей, отбирая последний провиант и теплые вещи.

 В селе Ершово они собрали в местной церкви более ста местных жителей и пленных красноармейцев и взорвали ее. В селении Высокое фашистские нелюди расстреляли семидесятилетнего старика только за то, что попросил их не сжигать его избу. В этой же деревне немецкий офицер изнасиловал и убил беременную женщину, мать двух маленьких детей.

 В чудом уцелевшем доме красноармеец, едва разглядев под ворохом тряпья старуху, бодро крикнул ей: «Вставай, бабка, свои пришли!». «Я не бабка, мне всего тридцать пять лет, - ответила, вставая, изможденная и поседевшая женщина.

 Один из красивейших городков Подмосковья Истру фашисты сожгли практически дотла и взорвали уникальный архитектурный ансамбль Вознесенского Ново – Иерусалимского монастыря. Непосредственным исполнением этой варварской акции занималось инженерное подразделение дивизии СС «Рейх» - именно эсэсовцы целенаправленно уничтожали памятники архитектуры и культуры на оккупированных территориях. Такую установку давал эсэсовским частям идеолог нацизма Розенберг: народ, потерявший памятники своей культуры, через два поколения перестает существовать как народ.

333.jpg


 «Кровь стынет в жилах, - когда смотришь на злодеяния фашистов, - писали бойцы 1203-го полка 354-й дивизии в резолюции на одном из митингов, - Клянемся беспощадно мстить врагу за кровь и слезы советских людей, за смерть и раны боевых товарищей».

 Глядя на суровые лица бойцов, преодолевших ледяную крепость, героев всех до одного, комдиву 354-й Алексееву даже не верилось, что еще два месяца назад эти люди на территории Пензенской области только начали осваивать ратное ремесло, «вооруженные» деревянными черенками за неимением винтовок и тем более автоматов. Но именно бойцы и тысячи таких, как они солдат и офицеров, сломали на подступах к Москве хребет матерым фашистским воякам, поставившим на колени большую часть Западной Европы.
Уже упомянутый военком 1203-го полка Николай Пазаев написал семье в Пензу письмо, которое заканчивалось следующими строками:

 «Новый год встречаем в то время, когда обезумевший и лютый враг удирает под натиском Красной Армии».
В декабре 1991 года, когда отмечалось 50-летие битвы под Москвой, ветераны 354-й дивизии встречали юбилей на берегу Истринского водохранилища, где сегодня высится памятник доблестным воинам соединения.

222.jpg


 Фото с сайта Истринского гидроузла.