Военно – патриотический портал Пензенской области к 75-летию Победы
04 Марта 2020
Пензенский школьник – защитник Сталинграда

Среди двадцати пяти защитников легендарного Дома Павлова, ставшего символом мужества и стойкости защитников Сталинграда, был одиннадцатилетний Толя Курышов, уроженец Пензенской области. Маленький герой большой войны.

1.jpg

 Сегодня он живет в Комсомольске-на-Амуре, а о своей, в буквальном смысле, Сталинградской эпопее рассказал в свое время корреспонденту одной дальневосточной газеты.

 В городе на Волге мальчишка оказался, по сути, случайно. Летом 42-го в деревне Тюхменево (ныне Тихменево) Кузнецкого района Елизавета Никитична Курышова, мать многодетной семьи, глава которой ушел на фронт, отправила младшего сына Анатолия на лето к тетке в Волгоград, даже не подозревая, какие трагические события там вскоре развернутся.

 Словом, веселых каникул у парнишки не получилось. В 20-х числах августа город вначале задрожал от массированных бомбовых ударов всего четвертого воздушного флота люфтваффе, а затем вспыхнул, как спичечный коробок, от огромного количества зажигательных боеприпасов. Город – красавец Сталинград за считанные дни превратился в перепаханное поле с остовами построек и печными трубами. Ситуация усугублялась продолжительной жаркой погодой. Только за 23 августа, по данным историков, погибли от 40 до 90 тысяч человек. Около 50 тысяч получили ранения.

 Когда началась бомбежка, Толя Курышов попытался в этом огненном аду разыскать тетю Катю, но на месте дома увидел лишь полыхавшие руины. А бомбы продолжали сыпаться с неба с интервалом 30 – 40 секунд.
После вторжения фашистов в Сталинград обессилевший мальчик метр за метром проползал между обломками зданий в надежде встретить своих и, в конце концов, оказался в том самом Доме Павлова.

 С 27 сентября 1942 года официально исчисляется период обороны этой маленькой неприступной крепости внутри Сталинграда, продолжавшейся 58 суток. Сержант – десантник (мало кто знает, что костяк 62-й армии, оборонявшей Сталинград, составляли воздушно – десантные дивизии, переброшенные из-под Москвы и действовавшие как стрелковые на самых сложных участках обороны города).

 Яков Павлов с первых же часов обороны начал превращать занятый дом в «крепость людей, не ведающих страха». Фамилии большинства бойцов этой легендарной интернациональной группы 42-го гвардейского полка 13-й дивизии потом стали хорошо известны по фильмам и газетам. Однако в широко известных книгах и мемуарах военачальников лишь мельком упоминается Толик Курышов, заслуживший в 11 лет орден Красной Звезды. Но достаточно привести всего один эпизод, чтобы осмыслить масштаб его явно недетского подвига.

 Сержант Павлов, видя, как энергичный паренек рвется в бой, пытался сдерживать и беречь ребенка, подносившего почти без сна и отдыха боеприпасы к смертельным позициям. Но однажды Якову все же пришлось доверить ему рискованное задание «по размеру» – пробраться через подвальное оконце по разрушенной траншее к ближнему дому разведать на дистанции обстановку. «Но в фашистское логово даже не заглядывай»! – предупредил командир.

 – Через канализационный люк я выбрался к соседнему зданию, –вспоминал Анатолий Николаевич Курышов. – Но не удержался и пробрался в подъезд. В одной из квартир первого этажа я схватил со стола папку с немецкими бумагами. «Будет на чем после боя рисовать», – прикинул я в первый момент, так как с малых лет художничал. Тут послышались шаги, чужая речь, и я выскользнул обратно, доставив Павлову трофей. Яков тогда сильно отругал меня за инициативу, ведь задача была только осмотреться. Заглянув в папку, Павлов задумался и ночью отправил меня и добытые документы в штаб полка при сопровождении опытных разведчиков. Сержант давно пытался обезопасить меня, убрать из-под огня, переправив в тыл. Вскоре я узнал, какой ценности «листочки» попали мне в руки, а именно – план захвата нем¬цами одного из районов Сталинграда. Тогда же комполка полковник Елин распорядился найти способ переправить меня живым через линию фронта.

 Маленький разведчик, подслушав разговоры командования, сбежал из штаба, спрятался в руинах и на вырванном из старого журнала листке нацарапал огрызком карандаша командиру письмо: «Дядя Яша! Если со мной что случится, сообщите в мою деревню Тюхминево маме Елизавете Никитичне. Курышов».

 Но с Толиком, по счастью, тогда ничего не случилось, и он благополучно вернулся до рассвета в дом-крепость на площади 9 Января. Переволновавшийся Пав¬лов в сердцах даже влепил ему за самоуправство увесистый подзатыльник. Продолжая вести огонь по противнику, сержант с мальчишкой несколько часов не разговаривали.
Со временем торцевая стена Дома Павлова от обстрела полностью рухнула, оголив прежнюю позицию.

 Израненные, изможденные солдаты между боями пытались сделать в фундаменте подкоп, чтобы продолжать бой из оконных проемов соседнего подъезда. Но лаз оказался слишком мал. И здесь опять-таки, как констатировал потом сам Яков Павлов, «все решила инициатива пионера Курышова». Мальчик, не сказав никому ни слова, пробрался по узкому тоннелю в затопленный подвал и по пояс в холодной воде расширял саперной лопаткой спасительное отверстие.

 Остатки группы благодаря Толику смогли сменить огневые позиции и продолжали оборонять дом. В это время о переправе пацана в тыл речи уже не шло.

 В один из последних дней Сталинградской битвы Курышов пробирался в соседний подъезд по заданию командира. Вдруг пацаненка прон¬зила нестерпимая боль, и он надолго потерял сознание. Павлов после вспоминал: «Ударной волной мальчишку отбросило от места взрыва. Он распростерся. Я кричал, кусал руку, но ничего сразу же не мог для него сделать. Казалось, что озверевшие фашисты напоследок решили вылить на окрестности весь оставшийся запас свинца».

 Под прикрытием всех огневых средств 11-летнего героя в бессознательном состоянии все же удалось втащить в укрытие. Осколок врезался в голову пионера, отполосовал ухо, тяжелая контузия сковала мышцы лица. Тогда Павлов вслух подумал, что потерял Курышова навсегда. Но несколько оставшихся в живых солдат, рискуя жизнями, донесли Толика до палатки медсанбата. В бушлате его врачи нашли записку: «Этот мальчик, Толик Курышов, с 28 сентября по 24 ноября находился со мной в торцевом доме № 61 на площади 9 Января. Отражал атаки немцев. Считаю его бойцом своего гарнизона и прошу содействия в спасении его жизни. Гвардии сержант 3-го разведбатальона 42-го гв. пол-ка Я.Ф.Павлов».
(К слову, сказать, адрес Дома Павлова указан не совсем корректно: он хотя и выходил на площадь 9 Января, но фактически располагался по адресу ул. Пензенская, 61).

 Затем был санитарный поезд до Пензы. Таких составов мчалось в тыловые госпитали с Волги в те дни немало. Однако мать Толика Елизавета Никитична, отпрашиваясь у председателя колхоза, встречала тогда на станции Кузнецка все без исключения поезда со стороны Сталинграда. В одном из вагонов, прибывшем на платформу морозным утром в конце 42-го, находились сразу три тяжелораненых мальчика. Лицо одного из них, лежавшего на нижней полке без сознания, скрывала сплошная повязка. Мать приподняла одеяло и окаменела. Наколка «Толя», сделанная когда-то по глупости его старшим братом на руке, вместе с запиской от героя Сталинграда Павлова явилась убедительным доводом для начальника поезда. Мать вымолила выдать сына для выздоровления в стенах родного дома.

 Спустя годы, после переезда с родителями в Комсомольск, Анатолий Курышов узнал о присвоении ему ордена Красной Звезды. Об этой запоздалой награде узнал и сам Герой Советского Союза Яков Федотович Павлов, считавший мальчика погибшим, много лет переживая горькую утрату. Они встретились в 1979 году.

 Подготовил Валерий Николаев.