Военно – патриотический портал Пензенской области к 75-летию Победы
07 Февраля 2020
Крах операции «Эскулап»

К утру 14 января 1944 года части сформированной в Пензенской области 354-й стрелковой дивизии буквально вырвали из лап смерти сотни советских людей в концлагере под белорусским местечком Озаричи, которым были привиты смертельные заболевания.

 «Эпидемия локализована!»

 Освобожденные узники, по плану изуверской фашистской операции «Эскулап», должны были вызвать эпидемию среди бойцов наступающей Красной Армии.

 Незадолго до этого, приказом Верховного Главнокомандующего 354-й стрелковой дивизии 65-й армии 1-го Белорусского фронта было присвоено наименование Калинковичской. Не давая врагу ни малейшей передышки, ее части продолжали наступление.

 В марте побывавшие в тылу немцев разведчики 1203-го полка доложили командованию о том, что неподалеку от местечка Озаричи ими обнаружены концентрационные лагеря. Когда передовые части дивизии овладели деревней Холми хутором Шкань и вышли к указанным разведкой концлагерям, открылась страшная картина. Посреди редколесья, без огня и укрытий, сидели или уже лежали умирающие старики, женщины и дети. Подступы к лагерям были заминированы, поэтому саперы, не мешкая приступили за привычную работу.

 - Однако, надо полагать, - рассказывает председатель совета ветеранов 354-й дивизии Александр Константинович Дручков, непосредственный участник тех событий, - нашему командованию уже стало известно, что за колючей проволокой находятся не просто узники, а люди, зараженные смертельными болезнями, поэтому нам категорически запретили вступать с немецкими пленниками в какой-либо контакт. Для оказания медицинской помощи и противоэпидемических мероприятий командование выделило более трех тысяч военнослужащих. Возле лагерей были созданы специальные карантинные зоны, развернуто 25 полевых госпиталей, куда направили медперсонал сразу из трех армий. И эпидемия была локализована. К сожалению, немало узников спасти не удалось, а многие из выживших остались инвалидами с различными хроническими заболеваниями и ампутированными руками или ногами. Человек двадцать пять или тридцать из нашей дивизии заразились и умерли. Но в целом расчеты фашистов вызвать в наступающих советских войсках эпидемию потерпели крах.

 План фашистских изуверов

 Еще после разгрома немцев под Москвой Гитлер отдал приказ Герингу о возможности применения оружия массового поражения, в том числе и бактериологического. И чем хуже для фашистов складывались дела на фронтах, тем больше фюрер торопил своих ученых и конструкторов изготовить сверхмощную бомбу, новейшие средства бактериологического нападения.

 После того, как немецким войскам пришлось оставить город Калинковичи, линия их обороны отодвинулась к райцентру Озаричи. В нескольких километрах от него были созданы три концлагеря (Озаричи – Дерть – Подосинники), куда было согнано, по разным источникам, от 35 дл 50 тысяч мирных жителей, из которых 16 тысяч – дети. Именно эти лагеря стали ключевым этапом секретной операции фашистских нелюдей под кодовым названием «Эскулап».

 Под натиском нашей армии немцы планировали массовые заражения смертельными болезнями советских солдат, которые будут освобождать лагеря – эти, в прямом смысле, фабрики смерти. Курировавший немецких ученых – микробиологов генерал медицинской службы профессор Бюменталь в своем донесении в Берлин указывал, что характер советского солдата помешает ему осторожничать при освобождении пленников концлагерей, и это станет залогом успеха разработанной им операции.

 По замыслу «доктора Смерть», у согнанных в лагеря людей, зараженных сыпным тифом, вшивость разовьется в таком количестве, что захлестнет всех вступивших с ними в контакт. В результате образуется огромный эпидемиологический котел, который задержит наступление русских.

 План человекоубийц в белых халатах выполнялся с поистине немецкой педантичностью. Часть узников фашистские «эскулапы» заражали тифом посредством вакцинации, остальные заражались, вступая в контакт с больными. Практически неизлечимая в условиях скученности болезнь (площадь самого большого лагеря под
Озаричами составляла около 5 гектаров) распространялась как пожар.

 В аду

 Антонине Евлиновне Пигуль было 14 лет, когда вместе с другими жителями деревни Дербен под конвоем карательного отряда она оказалась в концлагере под Озаричами. Вот строки ее воспоминаний:
«Все подступы к концлагерю были заминированы. Запрещено было собирать хворост и разводить костры, чтобы согреться, строить шалаши, подходить близко к ограждениям, поскольку немцы боялись нас как огня. Они ведь тоже могли заразиться. Главные разносчики болезни- вши. Болезнь проходит с высокой температурой, и человек за несколько дней просто сгорает. Март в 1944-м выдался холодным, с мокрым снегом и ночными заморозками. И каждая ночь уносила сотни жизней. Утром люди просыпались среди трупов тех, с кем вчера еще разговаривали, делили хлеб из опилок, который немцы выбрасывали через проволоку прямо в грязь. Воды немцы вообще не давали. Старики и дети погибали первыми. Многие сходили с ума, чаще всего матери, чьи дети умерли у них на глазах. Уже через несколько дней пребывания в лагере люди переставали двигаться – ноги были обморожены».
«Навсегда осталось в памяти время, - вспоминала медсестра З.Ф. Гирич, - когда в медсанбат привозили раненых детей (всего было госпитализировано 2370 детей в возрасте до 13 лет) из лагеря под Озаричами, и нам, медработникам, приходилось принимать участие в ампутации детских ручек и ножек… дети настолько были истощены, что невозможно было найти вены для переливания крови. Тогда многие медработники отдавали свою кровь. До сих пор стоят передо мною полные страдания, не по-детски строгие глаза детей, не понимавших, за что они страдают и что с ними делают».

 После Озаричей у 354-й дивизии было еще год и два месяца кровопролитных боев. Освобождая Польшу, ее воины обнаружили еще одну фабрику смерти – концлагерь Бухенвальд, где людей уничтожали круглосуточно.

 И опять чисто немецкая аккуратность и педантизм: всюду идеальная чистота, дорожки, бассейны и земля… пропитанная кровью.

 Валерий Николаев.